Персональный сайт

Это не конъюнктура

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:24:41 GMT

На наши концерты приходят и пожилые. Они тоньше могут оценить шутку. И если им сказать: мы столь- я в песне призываю вас — постарайтесь своим детям дать какую-то частицу доброты, веры,— они понимают... Публика очень многое подсказывает в построении программы.

Мы постоянно импро- Да, мы стараемся угодить зрителям. Но, по-моему, это не конъюнктура — в ругательном смысле, который закрепится за] этим словом. Просто поп{музы-| ка должна быть понятна' всем.) Беседу вела Нина Тихонова Костромской сельскохозяйственный институт «Караваево» Костромской сельскохозяйственный институт — это современное высшее учебное заведение, кузница сельской интеллигенции и высококвалифицированных специалистов сельского хозяйства. Его факультеты (агрономический, зооинженерный, механизации сельского хозяйства, экономический, сельскохозяйственного строительства, электрификации сельского хозяйства) выпускают ученых агрономов, зооинженеров, ин- женеров-строителей и инже- неров-электриков для сельского хозяйства, экономистов- организаторов сельскохозяйственного производства и экономистов по бухгалтерскому учету и анализу хозяйственной деятельности в сельском хозяйстве. Недалеко от города Костро мы в поселке Караваево расположился первоклассный студенческий городок.

Учебные корпуса института, вмещающие в себя 176 аудиторий, оснащены новейшим оборудованием, электронно-вычислительными машинами; библиотека, имеющая в своих фондах всю необходимую литературу для студентов; просторные читальные залы; музей; спортивный и актовый залы; корпуса общежитий, рассчитанные на всех учащихся вуза.Здесь имеется свой студенческий санаторий-про- филакторий. Вечерами студенты могут отдохнуть в кафе «Добрый вечер». В КСХИ — дневное и заочное обучение.

При институте имеется подготовительное отделение (очное и заочное).

Администрация не успела выпустить

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:24:10 GMT

Я не считаю, что зрителей надо как-то специально тормошить. Артистам самим надо совершенствоваться, и тогда зрительская 'реакция будет разнообразнее, осмыслен- — Администрация стадионов обычно опасается давки во время концертов. Возможно ли раскрепостить зрителей, исключив при этом опасные ситуации? — Давка на стадионах чаще всего возникает по вине самой администрации.

Однажды после нашего концерта в толпе чуть женщину не задавили: администрация не успела выпустить людей... Нам сняли гастроли. Потом по маршруту уже летели депеши: мол, у Минаева на концертах беспорядки.

Администраторы волнуются, просят меня: «Вы там не очень... Мы,— говорят,— столько милиции вызвали...» Я спрашиваю: «Зачем?!» Я уверен: целый зал хулиганов — абсурд! Хулиганят пьяные, и в некоторых городах их действительно больше.

В одном — бутылку на сцену швырнули. Попали бы — насмерть... Но сколько ни ставь милиционеров, они вряд ли успеют все бутылки перехватить. Артисты песней или добрым словом, шуткой могут обезвредить провокаторов из толпы... — Ты действительно уверен, что песня способна врачевать пороки? — У меня последние песни грустные. В пародиях легко было шутить, а когда пошли свои песни...

Я хочу сделать то, чего раньше не делал. Что-то серьезное: может быть, послушают, задумаются — вот эти, пьяные... Мне сейчас хочется не только к молодежи обращаться, но и к людям постарше.

Они сами должны

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:23:39 GMT

Однако тебя, наверное, обвиняли в «протаскивании на советскую эстраду западных веяний»? — Это только кажется, будто советские музыканты сочиняют «на западный манер». У нас любая песня, на каком синтезаторе ее ни играй, какую фирменную аранжировку ни сделай,— похожа на частушки. Если ты родился здесь — никуда не денешься...

Меня еще обвиняют в конъюнктуре. А я песню в первую очередь для себя делаю. Понравилась потом зрителям — хорошо, нет — сделай другую. По- моему, так и надо.

В конце концов, это обыкновенная работа. У станка стоять или песню сочинять — абсолютно одно и то же: у меня, например, спина — Что такое шоумен? — Артист, который не просто выходит петь — он еще умеет общаться со зрителями. — А сам ты — общительный человек? — Трудно иногда становится с давними друзьями. Они думают, будто я стал воображалой. На самом деле этого нет. — А со зрителями всегда находишь контакт?

У тебя есть свои приемы игры с публикой? — Огромные стадионные аудитории общаются между собой в едином порыве — вот чего мне хочется. В нашем шоу всегда есть место, где зрители танцуют. Они сами должны выхлестываться на концерте — в крике, в свисте, визге, топоте, потому что где иначе у людей такая возможность?

Я, например, когда прихожу на хороший концерт, могу махать пиджаком, орать. А на другом концерте я буду как мышь сидеть, да&е хлопать не буду, чтобы не упустить ни единой интонации,, ни одного движения, чтобы не помешать впечатлению.

Столика наливают

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:23:09 GMT

Если слушатели не знают языка, френу у каждого закрепляется ассоциация: «Братец Ауи» или «Бангкок». Если хочешь, чтобы номер «выстрелил», не стоит разрушать привычную ассоциацию. При этом, хотя я отлично знаю, о чем поется в этой песне на английском языке, я никогда не делаю дословного перевода.

Если это был «Модерн Токинг», я совершенно сознательно писал тексты подчеркнуто штампованным эстрадным языком. Мне говорили — это, мол, издевательство! Разумеется, только это по-другому называется,— «стеб».

Говорить о чем-то совершенно серьезно, при этом откровенно насмехаться. Если ты меня понимаешь — прекрасно, ты начнешь мне подыгрывать, и мы получим огромное удовольствие. Особенно если рядом сидит кто-то, кто юмора не улавливает. — Почему ты все-таки ушел из «Интуриста»? — Там такая обстановка... Толстые рожи, спекулянты. Туда «просто так» вообще не пускают, а иностранцев-то и не было никогда.

Я чуть не спился, потому что у каждого столика наливают... Но там я нашел творческий принцип, которого придерживаюсь до сих пор. Я захотел петь так, как не поют в Советском Союзе — технически, я имею в виду. Когда я впервые появился на обычной дискотеке, я был ошарашен уровнем музыкального материала. В «Интуристе» все- таки была хорошая музыка.

Танцевальная, но это были звезды мирового класса: «Генезис», Питер Гэбриэл, Майкл Джексон, Тина Тернер. А здесь — сплошная «итальян- щина» и диско самого убогого — Вероятно, только спекулянтам по карману хорошая музыка...

Театра это

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:22:38 GMT

— Как же ты все-таки выбрал профессию? — По случаю, которому очень благодарен. Хотел в театральный, провалился. Поступил в Государственное училище циркового и эстрадного искусства, а потом — на отделение актеров эстрады в ГИТИС. — Из циркового училища тебя выпустили куплетистом, в ГИТИС же поступил уже известный диск-жокей. Насколько я понимаю, ты сам нашел свой сценический образ и жанр. Однако на пути от дискотеки «Интуриста» к нынешнему твоему шоу были выступления в студенческом лагере МЭИ в Алуште.

Не они ли помогли создать собственный эстрадный спектакль? — В Алушту я ездил четыре сезона подряд. Что я там вытворял! Там же море... В лагере свои традиции, которые начались в 50-х годах и передаются по сей день. Там свои праздники, карнавалы.

Собственно, все уже давно придумано — это «дель арте» народная комедия. Берутся ка- кие-то персонажи из обыденной жизни, нашумевшие газетные сенсации, и создается «капустник», перерастающий в массовое зрелище. Приглашают артистов, но надо еще взять группу студентов и как-то их объединить, что-то с ними подготовить.

Созерцающих нет, все участники. Для эстрадного театра это действительно идеально. — Создание такого карнавала похоже на то, как ты работаешь над песней? — Если это песня-шутка, где я свой голос на фирменную фонограмму накладываю, тогда очень. Смотрите сами: есть песенка с английским текстом.

В тумане, но

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:22:08 GMT

Когда ходил сдавать экзамены, то от волнения все забывал, скрипка в руках прыгала, играл как в тумане, но с экспрессией, и учителя ставили мне хорошие оценки. Мог заплакать, когда играл, и чувствовал — это не стыдно... Ну а потом, как и у многих,— самодеятельные ансамбли. Из школы ушел, были нелады с администрацией. — Неужели хулиганил? — Нет, не хулиганил никогда. Был неуемный, так, что ли, сказать, не мог подолгу усидеть на месте: и в театральном кружке занимался, и на скрипке играл, и в ВИА, и в футбол.

Все «по чуть-чуть», и ничего по-настоящему... Однако несколько лет в привилегированной школе все-таки сыграли положительную роль. Здесь меня окружали интеллигентные ребята.

Настоящие друзья из них остались до сих пор... И вот мы с другом перешли в школу рабочей молодежи. Во- обще-то школа была «левая». Вечером там действительно учились те, кто днем работает. А вот на дневном отделении — одни «справочники»: три раза в неделю посещали, а остальное время занимались кто чем хотел.

В результате — спекуляция, алкоголизм... А мой друг писал хорошо. Сейчас его киносценарий взяла Кира Муратова.

Я всегда знал, что это произойдет... — А по какой «справке» тебя приняли в «левую» школу? — Я на завод пошел работать, к маме, там делали бетонные плиты для домов. Не знаю, как они до сих пор стоят. Я работал на ОТК и знаю, что записи в журнале не имели ничего общего с тем, что показывали приборы...

Вот тогда я начал писать песни: дескать, все мерзавцы, как я вас ненавижу, как же так можно...

Мы согласны с про

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:21:36 GMT

Мы согласны с про- фессором Риго: достать пропи- си несложно, руководства по рефлексотерапии издаются каждый год; куда важнее — научиться правильно ими поль- зоваться. Вот почему г ко внимания уделяем гии. Обещаем: дальше де дет веселее.) Популярный диск-жокей, певец и шоумен Сергей Минаев живет теперь в старинном районе Москвы, там, где еще сохранились индивидуальные черты города. «Лица необщее выражение» сегодня повсюду граничит с чудом.

Эстрада, которой посвятил себя Минаев, исключением не является. И потому сумевшему обратить на себя внимание артисту всякий раз задают вопрос: «Как начался ваш путь в искусство?» — Раньше мы жили на окраине Москвы, в Бескудникове, из центра часа два добираться в битком набитых автобусах,— рассказывает Сергей. — У нас в семье все были рабочими. Но появлялась возможность — получали образование, становились инженерами. Не знаю, почему мама считала нас с сестрой одаренными детьми и отдала учиться в английскую спецшколу. Тогда все стали жить получше, покупали пианино, учили детей музыке.

Я выбрал скрипку. Классе в седьмом параллельно увлекся музыкой, которая звучала по радио, телевидению, с грампластинок. Нравилось то, что модно. Мы еще в четвертом классе танцевали что-то — шейк, не шейк. Я стал поворачивать в другой мир, захотелось стать певцом.

На скрипке играл как на гитаре, поэтому на гитаре потом легко научился. И на саксофоне получа- Уже тогда я сознавал — не скрипач. Не мог понять, что со мной происходит.

Вместе они

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:21:05 GMT

Но смотря что лечить! Например, нервы и привычка к курению — это, как говорится, сам бог велел. А обычная терапия — если честно — этой работе не по плечу. Хотя как вспомога- тельное, сопутствующее сред- ство работа на ушах желательна всегда. — И при зубной боли тоже? — Конечно. Тут ничего сложного.

Место работы — мочка уха. Методика такова: подушечку большого пальца вы прикладываете к мочке сзади, а подушечкой указательного прижимаете мочку сверху. Не всю — только маленький уча- сток. И не посреди — там точка глаза, она вам не нужна,— а по окружности, на 3—5 мм от- ступив от края. Прижали.

Если не болит — сдвигаетесь чуть дальше. Заболело — здесь ра- ботайте. Принцип тот же: ориентируетесь по боли, но ра- бота по тактильному ощущению более эффективна.

Мак-Иов Риго подошел к окну; постоял, разглядывая с высоты нашего 15-го этажа без- радостный пейзаж — индуст- риальные московские задворки. Когда он повернулся к нам, его взгляд был смягчен сочув- — Мне бы очень хотелось, молодые люди, чтобы вы меня поняли правильно... Знать точки — это, конечно же, очень хорошо и полезно. Но дело не в них; успех — не в них...

Любая работа — это сплав двух проб- лем: «что» и «как». Вместе они составляют целостность. Чем больше «что» — тем явственней приоритет силы над умением, а в конце шкалы и вовсе ничего не остается, кроме тупой рабо- ты по чужой указке.

Чем боль- ше «как» — тем выше творче- ский вклад; значит, в этом кон- це шкалы находится истинное искусство... (Самым нетерпеливым чита- телям, которые спешат узнать прописи, сочетания лечебных точек на все случаи жизни, мы приносим свои извинения за неторопливость наших публи- каций.

По рефлексотерапии

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:20:35 GMT

Для тех, кто может достать атласы по рефлексотерапии, сообщаем названия точек (римская цифра — номер меридиана, арабская — порядковый номер на меридиане). Нижняя челюсть. Основная — внемеридианная; первая вспомогательная — цзя - чэ (III-6); вторая — да - ин (111-5); третья — внемеридианная; четвертая — чэн-цзянь (XIV-24). Верхняя челюсть. Основная — ся-гуань (III-7); первая вспомогательная — цюань-ляо (VI-18); вторая — эр-мэнь (Х-21); третья — жэнь-чжун (XIII-26); четвертая — цзюй- ляо (III-3).

Повторяю еще раз: первое: для снятия боли — при правильной работе — достаточно основной точки; второе: вспомогательные точки нужны для полировки, но имейте в виду, что любая из них может оказаться основной; уровень болевого отзвука подскажет вам это: если вспомогательная более болезненна — она сейчас основная; третье — независимо от перечисленных, любая болезненная точка на лице является подсказкой тела: здесь работай. — Есть вопросы? — спросил — Есть,— мужественно отозвалась самая юная сотрудница редакции, Оля Чистенкова.— Сами вы, конечно, лечите — Quod licet yovi... Риго развел руками. В этом жесте было и «да», и «что поделаешь» — в общем, quod licet yovi — лучше не скажешь. / — Но мое лечение — это искусство, это доступно немногим.

Вам же я предлагаю демократический вариант. Ремесло. Но ремесло надежное, безотказное.

И доступное каждому. Без исключений. — Профессор, еще один вопрос,— сказала Оля.— Как вы относитесь к лечению с помощью точек на ушах? — Двумя руками за.

От третьей точки

AlkanFell — Wed, 16 Oct 2013 01:20:04 GMT

По сути — стал технологическим. Это и понятно: когда первоначальный ажиотаж прошел, наше внимание освободиться от эмоций, тем более что собственно для дела у нас оставалось очень мало времени. Надеемся, что и вас интересует прежде всего суть предмета, и потому вы простите вымывание из предлагаемого текста ожив- ляжа.) Теперь займемся болью зубов верхней челюсти. Обязан предупредить, что с верхней челюстью справиться сложнее.

Почему так — затрудняюсь сказать, но даже мои ученики почему-то всегда предпочитают иметь дело с нижней челюстью. А посему — отставим шапкозакидательские настроения, удвоим внимание и настроимся на творческий лад. Не сомневайтесь: если все будете делать правильно — у вас Основную точку находим, ориентируясь по козелку уха.

Продвигаете палец вперед на 2— 2,5 см — и под скуловой дугой обнаруживаете углубление. Точка здесь. Она не самая приятная в работе, поэтому наберитесь терпения.

Первая вспомогательная — рядом, и на этом же уровне. Продвигаете палец под скуловой дугой еще немного вперед. Вторую координату подскажет угол глаза: отступите от него назад на полсантиметра — и на пересечении этой вертикали с основанием скуловой дуги и будет искомая точка. Вторая вспомогательная — тоже рядом с основной, только с противоположной стороны — ближе к уху.

Поищите кверху и спереди от козелка углубле- Третья — под носом, чуть ниже его основания. Четвертая — на пересечении горизонтали от третьей точки и вертикали, проходящей через зрачок глаза.